Ты вновь зашел – спросив по телефону,
Боясь, что встретится другой…
Цветы, вино и шоколадка –
Смущенье, радость – все в одном…
Вопрос в глазах читаю:
- Ты рада? Правда? Ты ждала?
И вспоминала хоть нечасто,
Ну, хоть соври, скажи!
И ты смеешься, поражаясь:
- Ты – ведьма, и такой всегда была!
Опять помолодела! Как умеешь?
Ну почему ты не стара?
Тебе я отвечаю, не совсем тебе приятно,
Услышать то, как я жила.
Смешны, поверь, твои попытки,
Ушло давно и – безвозвратно все.
А ты – пришел, конечно,
Увидел, посидел – и вновь ушел…
Помнишь, как мы кружились с тобой в медленном вальсе? Я знаю, ты предпочел бы танго, но с помощью осенней мелодии ты поддался очарованию, и мы заскользили по тропинке, а разноцветные листья, кружась вместе с нами, ложились нам под ноги, мягко шурша.
Ты помнишь, как мы смотрели друг другу в глаза, стремясь понять, прочитать что-то важное, не ведая, что именно…
Не знаю, как у тебя, а у меня замирало сердце, мне хотелось, переплетя руки, закружиться с тобой, чтобы я не видела ничего и никого, ощущая этот бешеный ритм. Но музыка была неторопливой, и не смела нарушать её звучание слишком быстрыми движениями…
Ты помнишь, ты же помнишь, да?
Но потом…я все-таки не удержалась, и увлекла тебя в это вращение…
Кружилась голова, все мелькало перед глазами, а когда, наконец, я остановилась, то…была одна. И лишь желтые листья кружились вместе со мной…
Неужели это снова был мой мираж, мои осенние грезы?
А, может, ты все-таки помнишь наш вальс?
Я знаю, тебе всегда что-то снится, хотя утром ты обычно не можешь ничего вспомнить. Но последнее время ты не очень и обращаешь на это внимания: ведь я-то точно должна помнить твой сон! Но сегодня было все необычно: сначала ты задремал, потом проснулся, и уже долго не мог уснуть. Ты услышал шум дождя за окном, и тебе так захотелось выйти на улицу, подставить лицо освежающим каплям. Но пока ты еще раздумывал, а потом все-таки решил пойти прогуляться, то дождь закончился. Ты вышел – и не узнал ничего вокруг: в лунном свете все преобразилось настолько, что вначале тебе показалось, что ты попал в какой-то нереальный мир.
Тучи исчезли, как будто кто-то их просто отодвинул рукой на небе, и поэтому Луна полностью властвовала вокруг, создавая такие необычные отражения в лужах, а капли воды блестели серебряным светом. Не ночная тьма и не серость была повсюду, а окружал тебя серебряный мир. Ты стал узнавать свой двор, но именно это необычное освещение сделало его сначала таким, непохожим ни на что. А как часто мы можем посмотреть на привычное по-другому, хоть на миг отбросив привычные стереотипы, и тогда увидишь все совсем в другом свете, открывая новые стороны. Но обыденность и повседневная суета не дают возможности это сделать, они торопят, а разве можно в спешке что0то увидеть? И жизнь идет, а мы порой не замечаем столько всего замечательного, и оно теряется в буднях наших дней. И нужно, чтобы произошло что-то, и только тогда как будто заново раскрываются глаза, и мы видим, видим!
Ты открыл глаза «Неужели мне это все приснилось? И ночной дождь, и моя прогулка после него в лунных лучах? Опять только миражи», - с сожалением подумал ты. Но уже когда ты хотел одеть обуваться, то заметил, что твои кроссовки, которые ты давно уже не одевал, почему-то сырые…или это только тебе показалось?
Как давно я с тобой не встречалась в нереальном мире! Хотя…
Что реальней – то, что происходит во внешнем мире или внутри нас?
Мне снова захотелось прикоснуться к тебе – слегка, чтобы не нарушить ту гармонию, которая возникает иногда. Как бабочка, собирающая нектар – невесомо, едва ощутимо, чтобы ты ощутил лишь легкий ветерок, будто внезапный сквознячок принес это прикосновение.
Я не буду тебе докучать, отвлекать твое внимание: разве цветы обращают внимание на бабочек? Но иногда именно это легкое касание так необходимо, теплое и, надеюсь, для тебя радостное. Ты достаточен сам по себе, не так уж я тебе и необходима, но представь: вдруг летом не будет бабочек? Все вроде так, но все-таки чуть потускнеет мир, не будет хватать красок, хотя вроде бы: что нам с того?
И ты будешь более серьезен, меньше станешь улыбаться – просто так, ни от чего. Я самонадеянна? Немного да, ну и что? В легкой шутке всегда что-то есть, и любое сказанное слово, раз оно произнесено, необходимо, хотя иногда, потом, мы и сожалеем о сказанном…
Слышишь, опять легкое дуновение? Не холод, а прохлада, едва ощутимая, как от взмаха крыльев бабочки…
Это я ухожу – ухожу, чтобы однажды прийти…
НЕОТПРАВЛЕННОЕ ПИСЬМО
Мне так захотелось написать тебе письмо. Откровенное, чтобы сказать все то, что я вряд ли скажу вслух. И, знаешь, откуда моя такая смелость? Потому что я почти уверена, что ты этого никогда не прочитаешь, а если даже и попадутся эти строчки тебе на глаза – то никогда не будешь уверен, что это я написала именно тебе, ведь ты не спросишь, потому что я могу легко уйти от ответа – точно так же, как ты иногда уходишь от моих порой слишком открытых вопросов, предпочитая промолчать.
Ты заметил, что я очень редко что-либо утверждаю, скорее, говорю, спрашивая. Но вот почти (опять, заметь это великое «почти»!) уверена, что ты так же любишь меня, так же, как и я. Но тебя останавливает риск своим признанием нарушить то, что есть сейчас: кто знает, как я себя поведу? И мы всячески обходим откровенный темы, предпочитая шутить, смеяться, но…
Ты не хочешь поверить даже в себя, не то, что в меня – чтобы не испытать боль от разочарования, слишком много их было у тебя. А время идет, и может так статься, что однажды будет уже поздно…
Но ты не хочешь об этом думать, каждый день просыпаясь с почти уверенностью, что ты снова встретишь меня, и мы снова будем легко болтать, улыбаясь друг другу…
А, может, так и надо? Не знаю, ведь я поступаю точно так же, как и ты, и вряд ли сделаю первый шаг, я просто твое отражение по ту сторону зеркала…
Помнишь, в детстве мы пускали мыльных пузырей?
Надуваешь осторожно, чтобы был большой-большой!
Он летит, переливаясь, доставая до небес!
С ним я вместе отпускаю и в полет мечту,
Ей не след томиться в клетке – полетает пусть!
И, однажды возвратится, сядет на плечо –
Скажет: «Ну, так что же, ждешь давно?
Ты расправь сама-ка крылья, хватит уж сидеть,
Полетим скорее к небу, там, на облаках
Мы с тобой и помечтаем, не забыла, как?»
